Так уж повелось, что не первый год подряд открытие сезона поплавочной ловли по открытой воде сопровождается вечерним приемом анальгина. Отвыкший за зиму от удочки правый плечевой сустав к вечеру начинает гореть и не дает уснуть, как и видения мелькающего на водной глади и исчезающего под ней поплавка. Да, первая рыбалка в сезоне это всегда нечто. Неважно где, неважно с каким результатом – она запомнится надолго. Я помню первые весенние рыбалки последних шести лет (столько времени прошло с момента возобновления моего детского хобби в сознательном возрасте). Обстоятельства всегда разные, а вот ощущения постоянно те же.
Первые два часа ловли проходят, как правило, очень скомкано. Отходишь от поездки по грунтовке, когда, проклиная все на свете, на каждом ухабе умираешь и заново рождаешься вместе со своим недавно купленным и до этого бережно эксплуатируемым исключительно в тепличных условиях автомобилем. Заново вспоминаешь, как забрасывать удочку. Леска путается, прикормка летит не туда, рыба никак не появляется. Постепенно нервозность ослабевает, и желание уехать вытесняется медитативным спокойствием. После поклевки первой более-менее приличной плотвички или особо выдающейся уклейки наступает удивительное чувство единения с природой. В этот момент наступает полная гармония, когда ты сам, твоя снасть и окружающий мир сливаются в единое целое. Начинаешь чувствовать дыхание планеты. Снимая очередную рыбешку с крючка, я поймал себя на мысли, что ощущаю биение её сердца, пульс с частотой свыше двухсот ударов в минуту. Отдавая себе отчет в том, что невозможно почувствовать холодными руками вибрацию такой частоты и амплитуды, я все равно бросил ее обратно в реку, а не в ведро, как остальных. В дальнейшем эта иллюзия повторялась неоднократно.
Обычно я отпускаю всё пойманное за редкими исключениями: решаю взять на сушку, ребенок попросит жареной рыбки, трофей, ну и тому подобное. Первый весенний улов всегда частично (за исключением самых мелких, ну и таких несчастных с «тахикардией», как описал выше) уносится домой для ритуального съедения. Главный ценитель и участник этого жертвоприношения – пятилетняя дочка. Она не подшучивает над отцом по поводу габаритов трофеев. Ей чем мельче, тем вкуснее. Ну а я и рад – чищу, жарю, выбираю кости и плавники (они достаются кошке) и балдею дальше. Этот момент – закономерное продолжение первой весенней рыбалки, её заключительный аккорд.
Вечером счастливый ложусь спать, долго ворочаюсь. Потом встаю, иду на кухню, пью анальгин и думаю: «Сегодня я жил полной жизнью и был счастлив на сто процентов!»
2 Фото
Прокомментировать: