Проза

Вчера вечером влюблённые прогуливались по дорожке вдоль Птичи, по первому снегу. Свежий воздух, приятная тишина, после напряженного трудового дня, изредка нарушалась шуршанием колес проезжавших машин. Легкое дуновение ветерка, несмотря на показания компьютера в авто +3, снег поскрипывает под ногами. Они подошли к вдхр. - половина водоема под коркой льда. Несколько минут молча смотрели на воду и ледяную корку. Каждый думал о своём.
ОН подумал "вот и зима, хорошо, скоро на лёд, соскучился я уже по нему". Перед глазами, за мгновение пронеслись прошедшие годы и зимы, окуни и ершики, подлещики и щуки. Мормышки, блесна, балансиры, удочки. Вот отчетливо всплыла в памяти картина. Мелкая дрожь лавсанового кивка на темном фоне лунки, поклевка – подсечка – несколько движений руками и окунек в ладони, свисток судьи, может он принесет победу?!
А еще ОН подумал, как хорошо, что он не один. ОН влюблён и ОН любим. Вот оно счастье!

ОНА подумала…………. Что подумала ОНА неизвестно, но ОНА была счастлива, это было написано в её глазах. Счастлива потому, что у неё есть ОН.

красиво...

Спасибо.......

Пиноккио

Всё-таки Дата-Кредит-Банк (или Датик, как его ласково называли сотрудники между собой) считался далеко не самым плохим местом для работы. Текучки практически не было, все старались держаться за своё место. Да и коллектив в целом подобрался неплохой. Зарплаты платили хорошие, премии подбрасывали регулярно и не жлобились на корпоративы к праздникам. Вот и на Новый Год правление выделило неслабую сумму на то, чтобы сотрудники могли встретить его вместе и «в хорошем месте». Был полностью снят Голден Пэлэс на всю ночь 31-го декабря, и приглашены не самые плохие отечественные попсо-звёзды. Ну и еды с выпивкой было навалом.
Сане нравились такие праздники. Ну почему лишний раз не поесть-побухать на халяву? Хотя надо заметить, что и зарплата у него, как у ведущего бизнес-аналитика, была совсем немаленькая. В качестве бонуса в новогоднюю ночь – хорошая программа, симпатичные девчонки из филиалов банка и казино. В этот вечер, кстати, везло.
Саня заезжал периодически в Голден после работы. Играл по маленькой. Любил покер, но иногда подбегал и к рулетке, чтобы бросить «на фарт» десятку-другую, пока карточный дилер делал шаффл. Обычно, спустив пару сотен «зелёных», он возмещал себе убытки бесплатным виски и бутербродами с чёрной икрой. Случались и небольшие «подъёмы». В целом сальдо, по его подсчётам, было практически нулевым.
В эту же новогоднюю ночь фортуна просто облизала его с ног до головы. В кассе он получил почти три тысячи долларов и был доволен безмерно. Ну не миллионы, конечно, и Абрамович бы тихо похихикал в бороду. Однако Саня твёрдо верил в синицу, которая в руках. Ну и помнил о том, что известная примета обещает удачу на весь последующий год.
На улице снежинки медленно падали, отражая многоцветье красок праздничной иллюминации. Мороз был весьма умеренный, и Саня решил не брать такси и пройтись до дома пешком. Благо жил он совсем недалеко, в съёмной полуторке на Лесной. На улице было достаточно многолюдно, все праздновали и веселились, что не предвещало никаких особых опасностей по дороге. Да и милиция «берегла» своих граждан в усиленном режиме.

- Молодой человек! Не проходите мимо страждущих в такую прекрасную ночь!
Саня инстинктивно вздрогнул и посмотрел в сторону уличного фонаря, освещающего закрытый киоск, ибо голос раздавался именно оттуда. Из тени на освещённый участок вышел невысокий старик. Бомж что ли? Да нет, непохоже, одет слишком прилично и чисто, хоть и небогато. Старик подошёл поближе. Точно не бродяга. Пальто, шарф, аккуратно подстриженная бородка, прячущая улыбку.
- Молодой человек, сегодня такой замечательный праздник! Все веселятся, как могут. Делают друг другу подарки…
Саня лениво слушал, пытаясь заставить работать почётче засыпающие от коньяка мозги.
- Вот Вам, я вижу, удача сегодня улыбнулась, выиграли. Так сделали бы мне подарок от щедрот судьбы. И я бы попраздновал и не преминул бы выпить за Ваше здоровье.
Видимо всё же побирушка, хоть и интеллигентный на вид. Бывает… Время сейчас такое. Саня абсолютно точно помнил, что мелких рублей у него не было, а выигрыш в казино выдали исключительно «зелёными сотнями». Конечно, дал бы старому чего-нибудь, но не баксов же ему отсыпать?! Жирно будет! Пришлось делать грустное лицо.
- Да что ты, батя! Какие выигрыши?! Всё забрали буржуины проклятые, вчистую! Даже на такси денег нет, пешком вот корячусь…
- Ага, понятно… Ну что же, как скажете, юноша. Только вот ложь Вам не к лицу, надо Вам от неё избавляться, уж поверьте старику!
Саня только было хотел возмутиться, как старикан улыбнулся и погрозил поднятым пальцем.
- Не надо меня перебивать, пожалуйста. Ну не хотите меня одарить, так я Вас одарю. Тем, что Вам однозначно пригодится, если воспользуетесь правильно.
- Это чем же? – с ироничной улыбкой спросил Саня.
- Я помогу Вам научиться говорить правду!
- А как это?
- Всё очень просто, не хочу занимать Ваше драгоценное время. Поймёте сами, интуитивно.
Старик слегка поклонился, прощаясь, развернулся и пошёл в направлении ларька. Потом вдруг остановился и оглянулся.
- Да! Я чуть не забыл! Возраст знаете ли… Перечитайте «Пиноккио», пригодится…
Буквально через мгновение старик исчез в тени, оставив Саню одного под падающим снегом.
Чего он там бухтел? Подарок? Говорить правду? Пиноккио???!!! Шизик что ли? Наверное… Таких тоже хватает. Видимо тихих и безопасных в психушке не держат, по домам сидят. Ну, да и чёрт с ним! Спать хочется, надо идти домой…

Первый день нового года ничем особенным не запомнился. Да и чего там было помнить? Похмелье, сухость в глотке, больная голова и лёгкий понос – не самые приятные темы для воспоминаний. Саня отлёживался дома, мутно взирая в телевизор и пил литрами зелёный чай.
Только второго января он рискнул выйти на улицу и пройтись до ближайшего супермаркета. Необходимо было пополнить запас продуктов и пива на несколько дней. По дороге в киоске купил сигарет. В магазине он достаточно бодро нагрузил тележку продуктами и подогнал её к кассе. Утро 2-го января многие наши соотечественники ещё встречали в постели, или продолжали праздновать, так что кассирша откровенно скучала. Она потыкала пальцами по клавишам, выбивая чек.
- С вас 831-50.
Саня молча полез в бумажник и протянул тысячную купюру.
- Молодой человек, а рупь писят не найдёте?
Саня помнил, что в киоске ему давали какую-то мелочь, но рыться в карманах совершенно не хотелось, и он отрицательно покачал головой. Кассирша вздохнула и начала отсчитывать сдачу. В этот самый момент Саня почувствовал какое-то неуловимое шевеление в паху. Удивился, но поскольку повторения не было, то тут же забыл об этом.
Уже недалеко от своего подъезда Саня натолкнулся на какого-то слегка шатающегося юношу, явно страдающего от похмелья.
- Браток, угости покурить! – еле пробормотал тот.
- Не курю! – с лёгкой брезгливостью ответил Саня, обходя неприятного индивида.
И тут опять что-то шевельнулось в джинсах! Это уже было более чем странно. Если в случае с кассиршей можно было предположить некую сексуальную неудовлетворённость нескольких последних дней, то непохмелённый работяга никак не должен был вызывать подобных эмоций.
Зайдя в квартиру, Саня быстро прошёл на кухню и распихал все покупки по холодильнику и полкам. Пошёл в спальню и начал переодеваться. Сняв штаны, он задумчиво полез рукой в трусы. «Друг» не подавал признаков жизни и туалет посетить тоже не испытывал желания. Но что-то всё равно было не так. Испытывая какой-то непонятный стыд, Саня рывком стянул трусы и подошёл к шкафу-купе с полноростовым зеркалом. Внимательно посмотрел на своё отражение в том месте, которое только что ощупывал и побледнел. «Дружок» был на полагающемся ему месте, но с ним было явно что-то не так. Он пока не сильно, но уже заметно для хозяина уменьшился в размерах. Почему-то захотелось выпить водки…

Следующий месяц прошёл как в бреду, как нечто полностью иррациональное и кошмарное. Такого не может быть!!!! Это немыслимо!!!! Тем не менее, ЭТО происходило. Достаточно быстро Саня понял, что каждая его, даже минимальная, ложь приводит к уменьшению его полового члена. Первая мысль была – обратиться к врачу. Но что он мог ему сказать и объяснить? Совершенно очевидно, что сразу вслед за консультацией на Саню надели бы длинную белую рубаху с длинными рукавами, как у Пьеро, и немедленно завязали бы их в узел за спиной.
Не врать! Не врать!! Ни за что не врать!!! А вы когда-нибудь пробовали? Наша жизнь вся состоит изо лжи. Маленькой, незаметной, иногда совсем неощутимой. Врём соседям, друзьям, близким, незнакомым людям. Кривим душой, что нам не нравится та или иная актриса, что никогда не слушали песен Киркорова, что читали Коэльо и так далее. В обычной жизни мы этого просто не замечаем, да и не считаем за враньё. Для Сани же это стало катастрофой…

Одним морозным февральским утром, проснувшись, Саня уже привычно полез рукой в трусы, мучительно и с тихой надеждой ожидая, что, может быть, всё вернулось на круги своя. Напротив. Лобок представлял собой абсолютно плоскую равнину с небольшой лужайкой оволосения. Даже мошонка за этот месяц сошла на нет или втянулась внутрь туловища. Аналогичная пустота поселилась и в душе, стало на всё наплевать. И на ложь в том числе…
Буквально через неделю Саня заметил, что на том месте, где раньше обитал его «друг» появилось небольшое углубление…

***

Зима в этом году началась непривычно рано. Уже в начале ноября Москва покрылась белым снежным покрывалом. Особенно красиво это выглядело вечером в свете фонарей и отблесков ресторанных огней.
Возле казино Голден Пэлес в районе полуночи было, как всегда, достаточно многолюдно. Кто-то заходил внутрь, потирая руки, предвкушая адреналиновый вброс надежды на выигрыш. Кто-то выходил «пустой» и расстроенный. Швейцар в ливрее почтительно открыл дверь перед выходящей на улицу шикарной блондинкой в длинной голубой норковой шубе. Она, не глядя, протянула ему купюру и пошла в сторону стоянки, одновременно разговаривая по телефону.
- Да, милый! Я уже еду! Закажи мне что-нибудь на свой вкус… Рыбку можно… Я буду минут через тридцать… - бархатистый, слегка хрипловатый голос, который так возбуждающе действует на мужчин.
Белый Кайенн тонко пискнул сигнализацией и моргнул раскосыми глазами. Девушка открыла дверь и села на водительское сиденье. Двигатель заурчал довольным тигрёнком. Машина мягко выехала со стоянки и начала медленное движение по дорожке. Возле одного из закрытых киосков, освещённого уличным фонарём, Кайенн притормозил…
Сашенька с тоской посмотрела на залитый электрическим светом снег. Никого. Каждый раз, проезжая мимо, она надеялась, что вот выйдет из тени ТОТ старик в пальто. Не выходил. Да если бы и появился, то она сама до конца не представляла себе своих последующих действий. Что бы она сделала? Ударила со всей силы в лицо затянутым в лайковую перчатку кулачком? Да нет… Скорее бы поблагодарила…


(с) Злобный

Вить, Ты лучший!!!!!

Вася,
да я ваще супер!!!

Просто талантище!!!
Не загордись, пиши еще.
Спасибо.

Игорь, да лана... :) спс

На фоне дежурства у телефона по местной энергетике, простуды, нерыбалки, беспросветности какой-то и тоски, ленивого переругивания на форуме….вдруг – хоп! Яркое пятно, совсем другое настроение - прекрасная, настоящая литература, которой хочется подольше, хотя бы на весь вечер. И в книжке, лежа на диване – потихоньку смакуя…Только, почему-то хорошее, талантливо написанное – проглатывается мгновенно. Спасибо!

Проба пера

Как мы поехали за окунем.
Это было осенью 2005 года. Знакомый моего друга, Костик, бывший афганец, как-то похвастался что в прошедшие выходные удачно отловился на по окуню, ловил на спиннинг, на одном озерце, нисходя с одного места, только поворачивался на 150 градусов. Словил 150 шт.. Ну мы как ищущие подходящее место для предстоящей рыбалки, сразу определились с оным. Тем более, подумав, что улов в 150 штук, даже поделенный на двое, был более чем приемлемый для нас. Начало такого жора нас устраивало и вот мы в составе четырех человек, с Костиком в качестве заложника или проводника, выезжаем из города ещё затемно, что б к месту приехать как всегда вовремя. Ехали мы на маленьком Ситроене ZX. Дорога за разговорами пролетела незаметно. Костик предложил ехать к озеру по короткой дороге, мы естественно согласились, так как горели желанием побыстрей встретиться с лупато-горбатыми окунями. Ведомые проводником, добираемся до ближайшей , к озеру деревни, от которой , по словам Костика до озера через лес, всего ничего. У последней хаты спрашиваем про дорогу. Бабуля скептически глядя на нашу машинку, говорит что до озера через лес километров 5, но дорога для нашего транспортного средства, не очень преодолимая, обычно там ездят трактора. Но пропустив мимо ушей эти слова, окрылённые близостью Эльдорадо, мы уже едем по хорошо укатанной дороге, которая чем дальше, тем становиться всё хуже и хуже. Лес кончился, пошёл пролесок. И вот мы первый раз «садимся на пузо». Не даром я пишу- первый раз, потому что он был не последним. Несколько раз мы буквально выносили машину на руках, но все же ехали вперед. Но как всякая дорога имеющая начало, имеет и конец. По крайней мере для нашего Ситроена. Дольше мы просто не поехали. Оставили машину просто на дороге. По нашим расчётам, озеро должно было быть где то в рядом, в районе 500-800 метров.. Но только вот возникал вопрос, - в какой стороне?.. Местность кругом представляла собой старые торфоразработки, поросшие кустарником, изрезанные канавами, вдалеке виднелся лес. К этому времени уже было где-то около 9 часов утра. Но мы не знали, что наши приключения только начинались. Дальше мы продолжали искать заветное озеро уже на своих двух. Один из нас, имел большое желание порыбачить сегодня на лодке, которую он гордо водрузил себе на плечи. Остальные прихватив с собой спиннинги и необходимый запас приманок, отправились в путь в блаженном ожидании скорейшей встречи с заветным озером. Но не тут то было. Нас постоянно преследовал вопрос- в какой стороне оно находится. Правда мы имели с собой карту, но на месте сориентироваться мы не смогли, так как среди кустарника не могли определиться, где мы. Немало поблукав по местности, а порядка около 2 часов, пытаясь определить своё местонахождение и загадочного озера, по прогалам леса, по стаям летящих уток и прочим приметам и ориентирам. И вот мы порядком измотавшись, а некоторые всё же носят на себе лодку ( Нырок -2), мы решаем что уже настал час обеда, сели перекусить и на сытый желудок, держать общий совет. На котором, я был избран в качестве разведчика, так как был самый молодой ( дедовщина ё-маё) и ещё потому что не носил лодку, эти последние нелёгкие два часа. Я решил идти просто по дороге и банально найти людей. Пройдя пару километров, увидел выход из леса и вдалеке виднелась деревенька. На радостях я довольно быстро преодолел лежащее передо мной расстояние леса, вышел к крайней хате, направился к хозяйке. Спрашиваю что это за населённый пункт и получив ответ , ориентируюсь по карте, определяю сторону где находится озеро. Женщина принимает меня за военного, так как я , как и полагает, всякому уважающему себя рыбаку одет в камуфлирующий костюм, и спрашивает, что у вас наверное учения проходят. Я отвечаю, что мы просто рыбаки и немного заблукали в поисках озера. Отвечает мне, что оно находиться «Вунь там, праз лес». Я прощаюсь и спешу к ожидающим меня друзьям-товарищам..
… И вот мы уже идём в правильном направлении. Вот и деревня, на берегу озера. А вот и рыбачки, обедают. Интересуемся- как рыбалка? Говорят, что с утра до обеда дорожили и словили одну щучку на 700 гр. Но озера пока не видно, она закрыто от нас широкой полосой, растущего тростника. Пробираемся посмотреть- что да как?. Костик молчит, мы вопросительно смотрим на него, явно что-то нето. Погодя начинает говорить и отвечает, что озеро не то, где он ловил. Мы начинаем волноваться, и идем на берег разбираться. Костик говорит, что то озеро было намного меньше размерами и его туда привезли, мягко не в совсем трезвом виде, и по дороге он спал. Ну что нам оставалось делать, он ведь заслуженный афганец. Как планировать день дальше, ведь озеро на которое мы собирались приехать к рассвету, нашли только к двум часам дня. Клёва здесь нет, берег не ходовой, лодка одна, нас четверо. Решаем возвращаться к машине и ехать на ближайшую речку, на всем известным старик. Что и было сделано.
Тот день мне запомнился надолго, часто его вспоминаю, рассказываю друзьям. Сделал вывод: Самая короткая дорога, не есть самая близкая.

PS: События происходили в Червеньском районе, озеро которое мы искали называлось Лочинское, наш маршрут движения был д.Дуброва, Ямполь (то куда я вышел для ориентировки) и д. Лочин. Озерцо на котором рыбачил Костик неделю назад, оказалось старым отстойником, который не был обозначен на нашей карте, но находился рядом возле д. Лочин и озера Лочинского.

Все правильно: это основной закон Сталкеров (Пикник на обочине)

А у меня вот такой рассказик наконец получился. Давно задумывался, с лета писался, первая проба в жанре:

Степаныч и незнакомец

Степаныч впервые видел этого молодого человека. Он мог это сказать абсолютно точно, поскольку за тот последний десяток лет, которые прожил на Реке, успел перезнакомиться со всеми более-менее постоянными посетителями этих мест. Места достаточно дикие, дальние от больших городов и магистральных дорог, и не так уж много народу их навещает. Степаныч же на Реке бывал почти каждый день. Не каждый раз ловил рыбу, но пройтись вдоль берега, посмотреть на воду, поздороваться с Рекою, с ее обитателями и поболтать с нечастыми посетителями – это стало почти законом, привычкой что ли, без которой уже и жизнь не мыслилась. Опять же – развлечение какое-никакое и для здоровья пользительно, одно слово – пенсионер. Отслужил свое Степаныч в Вооруженных силах, по свету поездил, повидал кое-что, ушел на заслуженный отдых, то есть в отставку. Жену потерял, сын вырос – остался Степаныч один. Десять лет уж как реализовал свою детскую мечту – купленный в деревне домик стоит в километре от берега, хозяйства почти никакого, дети да друзья изредка навещают – что еще делать, спокойно встречая старость?
Вот и сегодня он вышел прогуляться к реке налегке, без снастей. Худо-бедно себе на еду рыбку словить умеет, да и соседке, бабе Юзефе Францевне – «реликту прошлой эпохи» –перепадает, так что ж ее переводить зазря? А в холодильнике еще лежит завчерашний лещик, да и щучка копченая не съедена. И так уже пропадает помаленьку рыбка, все меньше ее становится, все реже радует Река трофеями, но все же радует иногда.
С возрастом по-иному начинаешь относиться к старым и привычным вроде вещам, и к рыбалке тоже. Никогда она не была для Степаныча добычей пропитания – давно уже не те времена. Страстью, любовью – да, но от желаний понять все тонкости этого дела, стать ассом, ловить много, всегда и везде, ловить тогда, когда у других не клюет, и все это – исключительно одной разрешенной снастью, доказать кому-то, что ты «настоящий» рыбак – от этих желаний остались лишь любовь и бесконечное уважение к Реке, понимание тщетности гордыни и конечности бытия… И ведь не признается Степаныч кому попало, что каждый раз, приходя на берег Реки, он с ней здоровается, говорит: «Здравствуй, речка», а когда вытаскивает рыбу, благодарит Реку, говорит ей: «Спасибо, Река», и прощаясь: «До завтра, Река, я надеюсь – до завтра». Он ее уважает как живое существо, и кажется, она отвечает ему взаимностью. Нет, конечно, и она иногда бывает не в настроении – и тогда он не пытается спорить с ней, слишком разные у них весовые категории.
Вот и внука Ваньку пытается Степаныч учить тому же, своей нехитрой философии, но тому нужно все и сразу – он не верит в то, что Река живая – в юности не бывает полутонов, а счастье на рыбалке представляется исключительно в виде полновесного трофея. Что-то редко он стал бывать у деда…
Одно радует – все чаще на Реке появляются люди, которые хоть частично, но разделяют такую философию, и уважают Реку, и берегут её, и не стремятся в порыве всепоглощающей страсти набить мешки и багажники рыбой. Бывают и другие, но только случайные залетные и больше одного раза не появляются – с местной инспекцией у Степаныча налажена хорошая связь.
А рыбаков в деревне – всего один, как раз Степаныч и есть. Был еще старик, Федор Иванович, в деревенском междусобое – просто Дед, да приболел спиной чой-то, и к этой зиме вывезли его дети в город, как он сам сказал – помирать. А до того он по открытой воде полоцким «телескопом» на горох ловил по одному лещу в неделю, изредка – два, но ловил всегда. А мог бы и больше, да не хотел. Степаныч ему щучку на ушицу подбрасывал изредка, а тот его самогонными настоечками на секретных корешках да травках баловал. Удивительно, что и у Степаныча, всю жизнь проведшего в городах и заграницах, и у него – родившегося и прожившего всю немалую жизнь в глухих деревнях, причем по разным концам нашей когда-то бескрайней родины СССР, очень похожие взгляды сложились на жизнь вообще и на отношения с природой, в частности. А теперь и потрындеть не с кем, умирает деревенька, разве что молодежь летом по выходным наезжает в старые родительские дома. Вот и ходит Степаныч на берег в надежде на встречу с родственной душой. За десять лет со всеми гостями перезнакомился, иногда сами в дом заходят, если на берегу не встретятся. Некоторые новички выпытать про рыбу пытаются: где, какая, каких размеров, на что клюет, как ловить. Рассказывает Степаныч не таясь, знает – не жалко, потому как верит, что по чужим рассказам Реку не понять, не откроется она тем, кто её не любит всей душой, тем, кто приехал в глухомань только наловить как можно больше рыбы…
Этого молодого человека он встретил здесь точно впервые. Ну, это для него он был молодым, а так – ближе к тридцати, пожалуй. Глаза под тенью большой ковбойской шляпы прищурены, и какой-то дикий огонек в них, полуулыбка на губах – наш человек, сразу понятно, даже без расспросов. Но экипирован он был странновато – Степаныч на своем веку достаточно повидал «крутых» и навороченных, но в этом парне что-то было не совсем так. Вернее, все было не так, кроме шляпы – шляпа была самая обыкновенная – натурально ковбойская из кожи какого-нибудь американского или австралийского буйвола, правда довольно старая и засаленная по краям. Шляпа как-то не гармонировала с серо-зеленым комбинезоном из странного материала и комплектом явно не рыболовных приборчиков, размещенных на жилете цвета чуть темнее комбинезона. Ни подсачека, ни какой-никакой сумочки для рыбацких прибамбасов не наблюдалось, зато спиннинг выглядел самым обычным, только слегка потрепанным – лайтовый Сен-Круа, эксклюзивная серия – точно такой Степаныч недавно подарил внуку на совершеннолетие, старый товарищ по его заказу привез из заграниц. Пришлось, конечно, потратиться, зато он точно знал, что этот подарок внук будет помнить всю жизнь.старый товарищ по его заказу привез из заграниц.ннинг что интересно было бы поговорить с человеком из не столь далекого будущ
Степаныч обычно первым начинал разговор с новыми людьми, и уже приготовился сказать своё привычное «Бог в помощь доброму рыболову», после чего осторожно завязать, так сказать, ознакомительную беседу (разные люди встречаются), но незнакомец опередил – обернулся, обезоруживающе улыбнулся и, глядя с прищуром, сказал:
– Добрый день, Олег Степанович. Давно искал встречи с Вами.
«Вот те раз! Похоже, становлюсь местной знаменитостью, если совсем новые люди меня знают и даже ищут встречи», – удивился про себя Степаныч, но виду постарался не подать, хотя, видимо, плохо у него это получилось.
– Не удивляйтесь, пожалуйста. Мы с вами раньше действительно не встречались, но я Вас хорошо знаю по рассказам деда, и не только по рассказам, – подкинул интриги незнакомец.
Степаныч прикинул: если парню около тридцати, то деду его никак не меньше семидесяти. Самому Степанычу за шестьдесят, своих городских друзей-сверстников у него не так много, внуки у них есть, но заядлых рыбаков он не помнил, хотя мало ли что бывает, да и время летит гораздо быстрее, чем нам хотелось бы. Вроде вчера на горшке сидел пацан, а вот уже и на свадьбу зовут. Да и за годы военной службы сводила и разводила Степаныча жизнь с таким количеством людей, что всех и не упомнишь, не говоря уже об их родственниках в третьем поколении.
– Добрый, добрый. Бог в помощь доброму рыболову, – не стал Степаныч отступать от традиции. – Самого-то как величать? И это кто ж такой твой дед, который про меня небылицы рассказывает? – как-то само собой получилось на «ты», открытость и доброжелательность незнакомца к этому располагали.
– Меня зовут Игорь. Олег Степанович, дед мне говорил, что человек вы умный и, главное, – широких взглядов, удивить Вас трудно, но, смею надеяться, у меня это получится. Вы, полагаю, заметили мою несколько необычную экипировку?
– Еще бы! Таки я повидал чудес прогресса рыболовной индустрии, и стараюсь не отставать от его реактивных темпов. Я хоть и дедушка, живу в деревеньке, но сельским жителем стал не так давно, и в столицах бывал, причем разных, да и сейчас бываю. И интернет мне совсем не чужд, скорее наоборот – я без него и жизни-то не ощущаю, без телевизора – легко, а без него уже и не могу. Так и во что это ты одет, что за елочные украшения на тебе навешаны? Уж не браконьерские ли снасти, если снасти, конечно? И зови меня просто Степанычем, мне так привычнее, меня все так зовут уже лет пятнадцать. Да, и не тяни: кто все же твой дед?
– Вы присядьте на бережок, да подальше от водички, а то, не ровен час, свалитесь. Я сейчас скажу то, что у нормального человека в голове плохо укладывается, но дед мой, опять же, настаивал, что Вы не совсем нормальный… В хорошем смысле, – поспешно добавил Игорь. – И, более того – об этой нашей встрече с ним как-то уже говорили.
У Степаныча засосало под ложечкой. Смутная в своей нереальности догадка проскочила молнией – буквально в прошлый приезд внука он как-то обмолвился мечтательно, что интересно было бы поговорить с человеком из не столь далекого будущего на предмет, как там у них с рыбалкой. Помечтали, посмеялись и пошли дальше ловить рыбу в объективной действительности. Разум (а Степаныч слыл, да и сам считал себя человеком образованным и разумным) твердо сказал: «Бред», но тщательно скрываемый от окружающих авантюрный характер тут же в качестве контраргумента напомнил строчку Евтушенко: «Мысль, порожденная рассудочностью, не устоит перед бредком…»
А незнакомец решил завершить короткий подготовительный период и начал с удара в лоб:
– Я внук вашего внука, то есть ваш праправнук, иначе – пришелец из будущего. И готов ответить на ваши вопросы, которых у вас по такому случаю, полагаю, достаточно. Времени у нас не так много – около получаса. Вот этот скромный девайс предназначен для того, чтобы хоть как-то помочь вам поверить этому. Семейная реликвия, причем рабочая, бережно хранимая, передается от деда внуку на совершеннолетие, сейчас у меня, – с этим словами Игорь протянул Степанычу Сен-Круа.
Он его узнал сразу. Это был его подарок внуку – сильно постаревший, с отполированной и засаленной пробковой рукоятью и тонким серебряным кольцом у самого катушкодержателя. На кольце почти стерлась, но все еще читалась выгравированная на латыни надпись: «Внуку от деда. Стань лучше». Степаныч сам заказывал у знакомого ювелира (рыбак, а как же еще!) кольцо и гравировку, а когда дарил, то специально не сказал Ваньке, что там написано: захочет – сам разберется. Видать разобрался.
– Теперь это как бы девиз нашего рода, спасибо вам за него, Степаныч.
Слеза прошибла Степаныча, он отдал парню спиннинг, смахнул слезу сгибом указательного пальца как будто соринку, и чтобы скрыть некоторую неловкость сказал:
– Что-то я не сильно верю в путешествия во времени, особенно из столь недалекого будущего.
– И совершенно правильно делаете. Если вас интересует научно-техническая сторона проблемы, то и мне далеко не все известно. Одно скажу: такие путешествия станут возможны примерно через тысячу лет, но теоретические основы им заложил, то есть заложит в скором времени ваш внук и мой дед – Иван Константинович.
– Ванька? Этот разгильдяй?
– Теперь мне будет легче с ним разговаривать – именно этим словом он любит называть и меня. Но в наше время он – солидный ученый в области математической физики. Правда при жизни его теория, дающая основания полагать путешествия в прошлое, исключительно в прошлое, возможными, не найдет признания. Но в далеком будущем она будет развита и воплощена в жизнь.
– Хорошо, с этим я могу согласиться, но ты-то как тут оказался?
– Перенос в прошлое конкретного физического тела возможен только на определенный максимум назад по времени. Хотя это, в общем-то, и не перенос, а создание энергетической копии. Я остался в своем времени, здесь – тоже я, но через полчаса просто исчезну, причем в своем времени не появлюсь, и тот Я так ничего и не узнает о нашей встрече. Так вот, из времени реализации теории копия конкретного тела может быть перенесена, к примеру, на 500 лет назад. Но существует небольшая лазейка – что-то вроде гармонических составляющих, каковыми могут являться генетические аналоги, вернее их копии. Иными словами, дальнейший перенос по времени назад возможен только по линии близких родственников, и то далеко не всегда, причем при дальнейшем переносе предыдущее физическое тело исчезает, передавая свою энергию последующему. Главное, что каждый последующий – т.е в глубь поколений – может перенестись назад на существенно меньший срок, на меньшую длительность, но со значительно большими энергетическими затратами, что, кстати, связано со стабильностью состояния последней энергетической копии. Если по-простому, то процесс этот конечен, и в нынешнем эксперименте я – последнее звено, а мой срок переноса назад – почти 70 лет. В сумме всех ступеней переноса получается, что максимальный срок – чуть меньше тысячи лет, причем большим он не станет никогда. Это и есть краткая суть теории вашего внука и моего деда. То есть, ни я, ни кто-то другой ни при каких обстоятельствах не мог появиться в прошлом раньше этого времени, поскольку этот эксперимент – первый с максимальной дальностью по времени. Все предыдущие проводились на одну ступень дальше с целью информирования и получения согласия потенциальных жертв, тьфу! – участников эксперимента. Кстати, и длительность пребывания в прошлом весьма ограничена и напрямую связана с энергетическими затратами первого звена, а они огромны, уж поверьте. Настолько огромны, что в ближайшие несколько веков человечеству для одного этого эксперимента просто не хватило бы всей вырабатываемой энергии. А еще у них, у наших далеких потомков, пока проблемы с получением конечной информации – то есть сам смысл путешествия во времени не совсем понятен, если они даже не знают, как проходит и чем закончится мое пребывание здесь. Пока они не решат эту проблему, думаю, что человечеству очередные встречи с потомками не грозят. Я пока понятно объясняю?
– Сынок, а с кем это ты сейчас разговаривал? – пошутил Степаныч, вспомнив к слову финал старого анекдота, – Нормально, доходчиво втираешь мозги, почти понял. Но Ваньке повторить не смогу, да и не собираюсь. Пусть сам разбирается, а то еще какие-нибудь неочевидные последствия начнутся, и станет наш Иван Константинович не физиком-математиком, а пациентом нехорошей клиники. Ладно, хватит о глупостях, давай лучше о рыбалке поговорим. Очень мне интересно, как там у вас рыбу ловят. Я же так понимаю, что ты рыбак?
– Я не просто рыбак, я – рыболов-эксперт! И сегодня у меня есть кое-что показать вам, причем самые передовые разработки! – с этим словами парень прикоснулся к одному из приборчиков на груди, и костюм его за несколько секунд изменил цвет, став практически копией окружающей зелени – даже полевые цветочки на брюках заколыхались. – Это так, для понту: вот такой у нас там камуфляж. Он, кстати, еще и не промокает, и с подогревом, и с вентиляцией.
Затем он достал из длинного левого нагрудного кармана брусок сантиметров тридцати длиной, определенный Степанычем как гибрид пеленгатора с электроудочкой.
– Таки ты, пожалуй, браконьер. Я тебя сейчас инспектору сдам.
– Не сдавайте, Степаныч. Нам свидетели не сильно нужны. Да и времени у нас совсем ничего. Это просто такой компактный спиннинг в походном состоянии. Не самый крутой по качеству, но зато по начинке – очень даже на уровне. Примерный аналог вашего «лайта».
С этими словами Игорь приложил палец к небольшому окошку «бруска», и он в пару мгновений превратился в что-то более похожее на рыболовную снасть: из одного конца появилась небольшая рукоять, а из другого – телескопическое удилище.
– Телескоп, фигня дешевая, – с наигранным пренебрежением заметил Степаныч.
– Ну, наш «телескоп» не чета вашим. Эта модель, конечно, больше подходит под определение «высококачественный ширпотреб», чем «оружие для профессионалов», но материалы в наше время таковы, что вот эту фигню, как вы выразились, сломать руками невозможно в принципе. Жесткость, или гибкость, если хотите, регулируется в довольно широком диапазоне. Вот так она максимальная, – Игорь встряхнул удилище, звонко взвизгнул рассекаемый им воздух, при этом вершинка даже не покачнулась. – А вот так, – он провел пальцем по небольшой шкале и легко, как ивовый прутик согнул вершинку прямо к рукояти, – практически «сопля». Есть и промежуточные варианты.
– Ну, а леска-то вообще осталась? 0,001? Или ловля в ваше время бесконтактная – дистанционная? – попытался съязвить Степаныч.
– Леска осталась. Только зря ехидничаете. Диаметры в одну тысячную миллиметра уже не предел. Технологии при сохранении высочайшей прочности позволяют сделать нить и значительно тоньше: буквально в толщину нескольких молекул, если уже не в одну молекулу, но счастья для рыболовов в этом не много.
– Отчего же так?
– Оттого, что такая нить практически невидима не только для рыбы. А при низкой растяжимости становится еще и крайне опасной: она работает как бритва и режет все – и траву и рыбу, и руки рыболова. Кстати, растяжимость теперь тоже может регулироваться, правда только предварительно, перед забросом. В общем, разумный минимальный предел толщины лески определен в 0,01 мм. Тоньше для рыбалки просто не производят. А самый популярный, как ни странно, – 0,1 мм. Все равно характеристики материала таковы, что в воде он практически невидим – нет смысла тончить. Разве что для донной ловли на сильном течении.
– Ну, хорошо, а что у нас с приманками?
– С приманками у нас совсем гиблое дело…
– Неужто железо так подорожало, или воблеры запретили?
– Отнюдь. Они просто почти вышли из употребления. С новыми приманками, – Игорь достал из другого нагрудника коробочку из дорогого дерева, открыл и показал Степанычу абсолютную копию пескаря, – у рыбы против рыболова нет абсолютно никаких шансов.
– Так и в наше время пытались делать блесны в виде точных копий рыбок – не прижилось, важнее, чтобы обманка просто вела себя провоцирующее.
– Так-то оно так, да только в радиусе 10 метров рядом с этой рыбкой ни один хищник равнодушным не останется, даже если сыт под завязку. Это ж целое био-аккустически-механическое и еще черт знает какое устройство с элементами интеллекта. Оно само провоцирует рыбу всеми известными вам и некоторыми новыми способами. Воздействует на все органы чувств хищника, причем, избирательно для каждого вида. Есть варианты исполнения под уклейку, плотву, миногу, карасика и много других, но суть была бы та же, даже если ее исполнить в виде огурца. Стоит, конечно, хорошо – дороже среднего спиннинга, но действует как автомат Калашникова из ваших времен.
– Что, так просто и надежно?
– Ну, я бы не сказал, что совсем просто – простота тут кажущаяся, но эффективность и надежность на высоте.
– Что-то я крючков не вижу.
– Они есть, но скрыты в теле приманки, чтобы не портить игру и во избежание зацепов. Так что потерять эту приманку весьма сложно. Крючки выпускаются автоматически после хватки рыбы. И скрываются обратно вот этой кнопочкой, когда требуется освободить рыбу. Можно даже не доставая из воды на любом этапе – разные ситуации бывают.
– Ладно. Но если рыбы здесь просто нет, то она никак не клюнет на эту «золотую» рыбку. Что у нас припасено на это случай?
– На этот случай у нас припасено устройство, которое я по-старинке назову эхолотом, хотя у нас его называют акваскоп, и принцип действия у него несколько иной.
Игорь достал из кармана горсть мелких угловатых камешков (по крайней мере, они выглядели именно так), показал их Степанычу и широким веером швырнул в реку. Потом покопался с одним из пристегнутых к куртке устройств, видимо, включив его и настроив. Из другого кармана вынул футляр, открыл его и протянул Степанычу очки, не совсем обычные, больше похожие на маску для подводного плавания, но, тем не менее, очки.
– Наденьте. Это как раз свежая разработка фирмы, интересы которой я представляю. Принцип действия тот же, только система отображения новая. В старых вся информация отображается на отдельном дисплее, двух- или трехмерном, но все равно не очень удобно – отвлекает внимание от самой ловли.
Степаныч надел очки – они сели плотно и мягко, как бы присосавшись похожими на резиновые ободками к коже, взглянул на Реку и обалдел: он увидел ее изнутри! Каждый камень, каждый кустик травы, каждый корчик и каждую рыбу! Воды как будто не было, хотя течение ее было заметно по колебанию травы и прибрежных кустов, по проносившемуся речному мусору и легким бурунам на поверхности. Вот за метровым булыжником, от которого на поверхности заметные завихрения, стоит красавец голавль. А у прибрежной бровки затаилась щучина, стоит почти без движения – в засаде. Стайки мелюзги шныряют практически везде. Да и не только мелюзги! Зачарованный Степаныч почти не слышал, как Игорь рассказывал:
– Есть функции значительного увеличения и приближения, а также движения в сторону до конца действия излучателей-ретрансляторов – это как раз те камешки, которые я кидал в воду. У этих радиус действия небольшой – около 10 метров для каждого, зато и стоят они дешево – это ведь расходный материал. Но существуют и более мощные, их бросать следует по одному на каждые 50 – 100 метров. Есть и другие системы регенерации сигнала, но эта, похоже, больше приживается из-за простоты использования. Включаются и выключаются по сигналу с терминала, доставать их из воды, конечно, не стоит, да и не найти, по структуре они почти ничем не отличаются от речной гальки, абсолютно никакого вреда. Опять же – если один раз в это место бросил, может хватить на несколько раз, собственно, до тех пор, пока их не унесет. Открою секрет: фирмы производят «гальку» изначально нейтральную, она активируется под каждый конкретный прибор самим пользователем и, соответственно, может использоваться в дальнейшем только им. Но в действительности существует универсальный код для активации любых типов «гальки», даже чужих. У меня, например, именно такой. Поэтому у нас я могу использовать прибор практически на любом водоеме, где кто-то другой уже забросил свои «камешки». Это дело по договору компаний не сильно афишируется, чтобы не терять доходы.
Так вот: сейчас стоит режим реального отображения. Это очень удобно, поскольку рыбак точно осознает свое место в пространстве и может одновременно ловить рыбу. При увеличении изображения или движении в сторону ощущение реальности в очках теряется. Я как раз испытываю этот эффект на практике. Степаныч, вы слышите меня?
– А, что? Да, конечно, – очумевший Степаныч вернулся в реальность и повернулся к собеседнику – на суше очки работали как обычные солнцезащитные.
– Я сейчас включу увеличение и движение изображения. При этом реальное изображение пространства пропадет. Будет лучше, если вы станете твердо и не будете двигаться, а еще лучше – сядьте.
Степаныч присел на берегу, для надежности оперся обеими руками. Дальше происходило вообще невероятное: возникло ощущение, как будто он находился в стереокинотеаре. Булыжник с голавлем приблизился настолько, что видна стала каждая чешуйка рыбы – какой красавец! Затем картинка медленно двинулась дальше против течения вдоль берегового свала: Степаныч узрел любимый корч, как новогодняя елка увешанный оторванными блеснами (надо будет наведаться с маской), и дежурную «двушку», стоящую прямо за ним. А вот и ямка приближается, и кто у нас тут сегодня живет? Но изображение вдруг стало терять четкость, послышался тонкий двойной писк, подводная картинка пропала полностью, и Степаныч вернулся в реальность. Река текла как обычно, скрывая все свои подводные богатства.
– Все, дальше мощности не хватает, надо новые «камешки» бросать. А и хватит на сегодня с этим. Как ощущения?
– Да, с такой картинкой действительно не долго и в реку бултыхнуться, даже голова слегка закружилась.
– Вот этим очки и опасны. Наверное, мы откажемся от всех режимов, кроме реального – их лучше на обычном дисплее смотреть. Кстати, и для мутной воды есть специальный режим: просто не изображаются мелкие объекты, скажем меньше одной десятой миллиметра, или любого размера по выбору. Четкость немного страдает, но не столь значительно, чтобы не отличить голавля от щуки. Ну что, возьмем голавлика? Или щупачка?
– Не надо, – у Степаныча вдруг проснулось беспокойство за Реку, будто вот этот незнакомец хочет беззастенчиво ее украсть. – С такой системой в реке никаких тайн не остается. А с такой приманкой никакого ожидания чуда. Как вы там живете? Что у вас осталось от рыбалки? Это ж любому новичку доступно: купил, прочитал инструкцию, забросил – вытащил. Рыба-то хоть осталась?
– Последние лет десять стало лучше. Народ слегка поумнел. Закон сейчас разрешает изъять только одну рыбу за рыбалку и то не любого вида, ловить можно сколько хочешь, а вообще, в основном рыбаки исповедуют принцип «поймал – отпустил». Контроль налажен будь здоров: и инспектора не увидишь, и полную запись момента нарушения предъявят – технологии здорово продвинулись, как вы, наверное, успели заметить. А и не голодаем мы, давно уже.
– Так и мы, вроде, не голодаем, а браконьеров хватает…
– Мозги всегда запаздывают. У нас браконьерство как таковое изжилось само собой, промышленный лов во внутренних водоемах тоже – остались исключительно прудовые хозяйства. В спортивном рыболовстве жесткие ограничения, да и «правильные» рыболовы-любители часто отказываются от почти всего этого умного барахла. Тут вы совершенно правильно заметили. Пропадает интерес, когда все просто и доступно, но все же некоторым нравится, а спрос диктует предложение. Рыбалка сейчас – чистое хобби для сумасшедших, причем не дешевое хобби. Хочешь - не хочешь, а как-то вползают в жизнь передовые технологии, и от чего-то нового, раз попробовав, уже не откажешься никогда, например, от тонких и прочных лесок, от акваскопа, наконец. Все-таки удивительная штука, хоть и убивает напрочь всю тайну…
– Да-а-а… А что там до «последних лет десяти»?
– Рыбы и так было не много, ведь количество водоемов не увеличилось, а количество народу возросло в несколько раз, и рыбаков, соответственно. А с появлением новых технологий она вообще стала исчезать повсеместно – просто бум какой-то случился в любительском рыболовстве. Не надо было учиться и открывать какие-то тайны. Рыбалка стала увлечением не «касты просвещенных», а любого желающего попробовать. Каждый считал своим долгом, отдыхая на берегу водоема, а «глухих» мест со свободным доступом у нас уже не осталось, забросить снасть и, естественно, вытащить рыбу, а потом привезти ее в город и даже не съесть, а просто похвастаться и, скорее всего, выбросить. И чтобы на пару горе-рыболовов стало больше. Потом, когда рыбы в водоемах почти не стало, как-то одумались и остепенились что ли, плюс законы соответствующие заработали. Цены теперь на рыболовные аксессуары просто запредельные – не каждый и купит. Так что теперь мы – та же «каста сумасшедших».
– Ты как-то про белую рыбу упустил совсем.
– А что белая рыба? Прогресс не стоял и в этом направлении. Найти просто, словить еще проще: прикормки, аттрактанты и насадки с наживками здорово продвинулись в этом направлении. Червей сейчас копать не нужно. Искусственные работают лучше: заказывали леща? – получите! Вот что-что практически не изменилось, так это нахлыст, разве что материалы получше стали. Уважаю людей – как и двести лет назад ходят со своими плетеными корзинками и кидают свои шнуры с искусственными мухами, причем вяжут их почти исключительно сами. Есть у меня товарищ – вот он точно больной, даже журналы вашего времени бережно хранит и что-то из них там черпает для своих поделок.

У Степаныча было еще много вопросов, и не только о рыбалке, но совершенно вдруг из какого-то приборчика на груди Игоря раздался громкий противный прерывистый зуммер, на небольшом табло загорелась цифра 300 и тут же пошел обратный отсчет: 299, 298… У Степаныча возникла нехорошая ассоциация с таймером мины из импортных фильмов.
Игорь вздохнул и, не выключая зуммер, сказал:
– К сожалению, это сигнал об окончании нашей встречи. У меня есть еще 300 секунд, уже меньше, и я обязательно должен удалиться на безопасное для Вас расстояние. Мое исчезновение будет мгновенным и сопровождаться мини-взрывом наоборот – схлопыванием пространства. Это не совсем безопасно. А я просто исчезну. И именно этот я больше не появится нигде и никогда. И никому не расскажет о Вас, о нашей встрече и об этой замечательной Реке, какой она была для нас 70 лет назад.
С этими словами уже и не незнакомец, а почти друг, дальний, но прямой родственник, потомок и наследник рыболовной традиции Игорь быстро собрал весь свой хитрый скарб, сложив и рассовав его по многочисленным карманам жилета, протянул Степанычу руку и, крепко пожав протянутую в ответ ладонь, сказал:
– Прощайте, Олег Степаныч. Не идите за мной, пожалуйста. Можете смотреть, но только стойте на месте. Мне было очень приятно встретиться с вами, надеюсь, и вам со мной было не безынтересно. Прощайте, – с последним словом он развернулся и, не оглядываясь, пошел прочь.
Все последние события происходили настолько неожиданно, что Степаныч с момента начала звучания зуммера впал в ступор и даже ответных прощальных слов не смог произнести. Он так и стоял молча, глядя вслед удаляющемуся бодрым шагом Игорю. Тот успел уже отойти на приличное расстояние, когда 300 секунд, наверное, закончились, и он просто исчез. Вдруг. Степаныч услышал хлопок, громкий, но не настолько, чтобы полагать его взрывом. И все. И больше ничего.
Не осталось никаких следов этой фантастической встречи. Не было свидетелей, птички не в счет. Степаныч, все еще находясь в некотором смятении, прошел на место исчезновения незнакомца и снова не увидел там ничего необычного. Разве что еле уловимый запах озона? Да нет, скорее всего, показалось…

А Река по-прежнему текла, не отвлекаясь на разные глупости – ей не было дела до человеческих проблем. Даже камешки, брошенные в неё незнакомцем, видимо, тоже исчезли. Она текла так же, как делала это тысячи, если не десятки тысяч лет назад и будет делать это долгие годы в будущем. Вглядываясь в теперь уже почти непрозрачную воду, Степаныч, считавший Реку живой со своим разумом и характером, как будто ощутил подобие усмешки.
«Бред. Не было ничего этого. Чего этого? Да ничего не было. Заснул стоя. Галлюцинация. Временное, но, слава Богу, краткосрочное помутнение рассудка. Никому не рассказывать. Ваньке – ни слова, засмеёт. Домой. Заначку из загашника достать. Хлебнуть половинку. Сыну в город позвонить – пусть Ваньку пришлет хоть на пару деньков, да и сам пусть приезжает, а то от одиночества какие-то неправильные сдвиги в сознании начинаются…» – так бухтел про себя Степаныч, неспешно продвигаясь к дому и иногда произнося вслух не совсем приличные междометия.
И уже дома, после того как стопочка соседского «первача на травках с корешками», проскользнув внутрь организма, начала положительно влиять на мироощущение, напряжение спало, а случившееся на реке ввиду своей явной нереальности забилось в самый дальний закуток сознания. «Эх, хорошо-то как! Хорошо-то как жить!» – благодушно рявкнул Степаныч и налил вторую. Зацепил вилкой соленого рыжика, посмотрел на рюмку в правой руке, потом на вилку с рыжиком в левой, остался весьма удовлетворенным, по привычке выдохнул, со смаком выпил и закусил.
Когда вторая порция благодушия достигла цели, то есть мозгов, Степаныч, будучи в полном ладу с собой и всем миром, наметил себе план на завтра: «С утреца самого надоть будет того голавлика за камешком-то пошшупать. Хорош голавлик, да и камешек-то неплох – пустовать не будет. Щупачка на бровочке подразнить. А тот корчик от блесенок-то обобрать – неча добру зря тиной покрываться – я, пожалуй, Ваньку-сорванца зашлю, когда в гости приедет».

Соседи мои, а у них дача в тех местах, где бродил DUHA, намекали, что где-то ...там есть озеро, ...и меня приглашали. Где точно - они не знают, поэтому если надумаю туда вырваться, то возьму рассказ Андрея за путеводитель....:arrow:

UGO,
Очень понравился Ваш рассказ, спасибо! Вот только думаю, что если такие технологии появились бы в ближайшем будующем, то рыбы бы точно не осталось. Желаю Вам удачи в творчестве и с нетерпением жду новых рассказов.

UGO
Игорь, ну блин, чэслова, очень понравилось, нада же и приборы новые придумал и рыжик вкусный....

А чой-то так захотелось, представилось... Сто лет не ел соленых, но помню...