31 декабря 2009 г.
- Слушай! Ты не видела, тут мои новые ножи от шведского бура лежали?
- Чего?!
- Ножи лежали в этой вазочке! Я их прошлой весной заказывал, из Москвы привезли!
- А чего они в этой вазочке делали?!
- Нет…ну какая разница! Я спрашиваю: видела или не видела!
- Я видела, как нормальные мужики к Новому году готовятся!
- Где?
- Что где?
- Где ты это видела? Ножи, ты не видела! А где мужики – видела!?
- Да вон они за окном! Ковры бьют!
Нет! Ну, это просто невозможно! Разве в этом бедламе, 31 декабря, можно спокойно собраться на рыбалку! Судорожно пытаюсь хоть что-то найти в этом доме, связанное с зимней рыбалкой и засунутое мной по разным углам прошедшей весной. Женское население этого дома всячески пытается мне в этом помешать и, похоже, что им это удается. Я еще ни одной мормышки не перевязал, я вообще не помню, где они у меня! Мне еще машину от снега и льда надо очистить, иначе в темноте придется. А ей ковры подавай! Что-то знакомое крутиться в голове! А! Ролан на форуме выкладывал фото, как он решает эту проблему прямо на рыбалке. Все бросаю и долго роюсь на БРИКе. Ну и наваяли за год! Писатели! Попутно отвечаю на какие-то вопросы, где их от меня потребовали. Ага! Вот! Нахожу прекрасное фото, ворую его и вешаю этот натюрморт в японском стиле, вместо заставки на экран компьютера.
http://www.brik.org/attachment.php?a...&d=12627744 83
Постоянно трезвонит телефон! А то и все три сразу: «Але! Спасибо! И вас тоже! И вам также! Нет, мотыля я не успею! Нет, дома. Мой, на рыбалку собирается .Представляешь! Нет, на Каменеву Рудню не прорвемся! На Глушец , говорят, прочистили! Как обычно: оливье, селедка под шубой, отбивные, рыба в кляре… Плотва брала, окунь… Нет дети не придут, да и как тут можно, когда этот со своими ящиками гремит… Репейник у меня есть, мормышки вот, не могу найти…тут разве можно что-то найти! Что!? Пьяный уже пришел? С корпоратива? Зато дома будет, к Новому Году очухается, а этот… Да, что тут делать!? Селедку эту под шубой жрать, да в телевизор пялиться!? Ну, пока! Созвонимся!»
- Значит так! Вот список. Сходи в магазин, купи все это. И еще «Шампанского» полусладкого! Даша «Брют» не пьет. Затем отбивнушки отбей! Поставь елку! Надо еще гирлянды проверить и повесить! И полы помыть. Ванну и туалет! Стол в зал перенести! Перекрутить этого мяса! Стол шатается!
- А евроремонт?
- Чего!?
- Ремонт я спрашиваю тебе до Нового года не сделать? Евроокна от Версачи? Американские двери от Трусарди? Натяжные потолки вечерним самолетом из Парижа?
- Остришь? Мне что это одной надо? Завтра дети, внучка придут в этот бомжатник, а у тебя одно только на уме…
Хватаю список и бегу из этого «бомжатника» в магазин. Автомобиль из-под сугроба грустно смотрит мне вслед.
Темнеет. Последний день уходящего года плавно перетекает в последний вечер. У банкомата и в магазинах не протолкнуться. Народ в очередях возбужден и все куда-то торопятся. Таак: майонез – ведро, колбасы – батон, яиц – три десятка, сыра – полкило…
Телефон:
- Будешь покупать селедку – попроси самых толстеньких, а то вам, мужикам впарят тощих мальков, вы и рады стараться;
- А где тут селедка?;
- Как где? В рыбном отделе!;
- А в списке? Где селедка в списке?;
- Так запиши! Сам догадаться не можешь? Вам мужикам если не записать…
Отбой!
- Девушка! Мне, пожалуйста, самых толстых селедок! Самых, самых! А то если нам мужикам…
- Конечно! Вас только вино-водочный отдел интересует! Там то, уже, небось, закупились!?
- Закупились. А вот теперь еще селедочка нужна, для шубы…
- Для чего же еще !? Вот хорошенькая, жирная и вот… Хватит?
- Да! Спасибо большое! И селедка хорошенькая и вы тоже, с Новым Годом вас и всего самого…
Вываливаю свои свертки и пакеты на «шатающийся» стол и наблюдаю столпотворение из жены, дочки и кошки у компьютера.
- Интересно! А кому это ты ковры уже стал выбивать прямо на рыбалке? У нас таких ковров сроду…
- А где я там нарисован?
- Зато бур, точно как у тебя!
- Может сравним?
- Ага! Ты еще железяки сюда свои принеси!
- Это жертвенный бур!
- Какой?
- Жертвенный! А место это священное для всех рыболовов! Культовое! Тут молятся удаче. Вот сейчас придут Михалыч, Кузьмич и старший лейтенант Семенов, встанут на колени и начнут в молитвенном экстазе созерцать священный бур.
- Какой Семенов? А… Тьфу… Давай полы мой! И отбивнушки…
Быстро и виртуозно, правда, не без помощи кошки, выполняю все задания. При постановке елки кошечка наша вспоминает детство и пытается на нее запрыгнуть, в результате чего все рушиться на пол.
Выслушивая про других мужиков, у которых елки не падают, и постоянно поддакивая, восстанавливаю повреждения, и остервенело луплю по несчастным отбивным. Кухня парит, шкворчит и вся исходит аппетитными запахами. Интересно, когда это наконец закончится? Я где-то читал, что жена Резерфорда называла его мастерскую «детской». У меня такой «детской» нет, и не предвидится. Поэтому со своими «игрушками» - термин моей жены, я вожусь на кухне. А сейчас негде приткнуться. Да я и не рискую. А вот была бы у меня своя мастерская…, не паял бы мормышки на колене, никто бы не натыкался на крючки и медные заготовочки, не терялись бы никогда паяльник, кусачки и пинцеты. И продавались бы тогда мои мормышки с аукциона Сотбис на бархатных подушечках. А теперь я даже и не помню, куда они подевались с прошлой весны. Все три коробки.
Ну, кажется и все! Елка сверкает огнями, туалет – унитазом, курица посажена на бутылку и отправлена в духовку. Стол накрыт, «Шампанское» доходит до кондиции на балконе, из телевизора радуются празднику бабки, Бабкины, Галкины и Бедросовичи, причем, все вместе, и по всем каналам. Жена с дочкой отправляются приводить в себя в порядок: душ, легкий макияж, наряды. Кошка тоже тщательно вылизывает себе проблемные места. А вот не дождетесь! Даже не побреюсь! Так и буду встречать Новый год в драном тельнике. Мчусь к своему автомобильчику. Тот радостно заводится и греет себя изнутри, а я выкапываю его из сугроба и очищаю от снега и льда. Выгребаю из багажника все то, что на зимней рыбалке неуместно: два садка (один – неизвестно чей), спиннинг, средство от комаров и пакет с прикормками. Тащу это в подвал и начинаю выкапывать снасти для ловли со льда. Так! Бур имеется. Даже с ножами. Пусть и старыми, но и так сойдет. Где я сейчас те ножи искать буду. Вот пакет со всеми моими двенадцатью боевыми удочками, тащу его на себя и сверху мне в глаз тычится фидерный кончик на одну унцию. Из пакета кучей вываливаются все удочки, которые донельзя перепутались в процессе полугодового лежания в подвале. Со стеллажа из колес с летней резиной угрожающе кренится мешок с лодкой, а сбоку падают весла… В довершение всему, из « удочного» пакета вываливается коробочка с мормышками и ее содержимое высыпается в сетку с луком. Мужественно пережидаю катаклизм, пихаю удочки обратно в пакет и захлопываю за собой дверь. Там продолжаются какие-то разрушительные падения. Пропади они пропадом эти мормышки! Что привязано, на то и буду ловить! Если после этого фидерного кончика увижу, что ни будь.
Бур ложу в багажник, а удочки тащу в квартиру распутывать. Но сначала одежда! Так! Обувь имеется. Носки. Обязательно разные. Иначе неудача! А одинаковые и не попадаются. Комбез, тоже сохранился.
- Слушай! А где моя куртка черная, что я на рыбалку всегда одевал?
- Так она же на даче! Ты сказал, что еще приедем и все заберем!
- А свитер мой?
- Так тоже на даче!
Черт! Суетливо шарю по антресолям, оттуда вываливаются туристические коврики, палатка, коробка с безинерционной катушкой, которую я все лето искал. О! Охотничья куртка – камуфляж. Я ее не очень люблю, так как в ней и с буром на перевес, своим появлением я вызываю нездоровый ажиотаж у незнакомых рыболовов. Им, наверное, кажется, что вот прямо сейчас, как только начало клевать, их захватили в заложники. А кому это понравится?
Свитер тоже какой-то нашелся, при этом, правда, пришлось вывалить содержимое всего шкафа на пол, что никого кроме кошки не обрадовало. Интересно, а где мои рукавицы?
А, наверное, тоже на даче. Хорошее место эта дача! Если что потерял, можно сразу себя успокоить, что «на даче» и дальше не искать.
До российского Нового года час! До нашего – два. Сижу тихонько на кухне и распутываю свои удочки. Никого не трогаю! Жена тычит вилкой в курицу, сидящую в духовке, и рассуждает об идеальных мужьях, идеальных семейных порядках и идиотах, которые способны все разрушить даже на Новый год.
- Ты чего улыбаешься?!
- Запоминаю!
- Что?
- Да все, что ты мне сейчас говоришь!
- А ты что, меня слышишь?
- Конечно, вот: «А некоторые идиоты, даже на Новый год…»;
- А зачем запоминаешь?
- Так для отчета! Отчет ведь о чем-то писать надо!
Жена, курица и кошка – хвост трубой, гордо удаляются из кухни, а я продолжаю любовно раскладывать свои «игрушки». Нет смысла объяснять, что рыбалка начинается задолго до того, как пробурена первая лунка. У большинства она начинается тут, на кухне с трепетной настройки упругой системы «кивок-мормышка», проверки их взаимодействия в трехлитровой банке с водой, замене лесок или вообще, с бестолкового перекладывания содержимого рыболовного ящика. И без этой вечерней подготовки, с томлением о предстоящем завтра ожидании чуда я себе рыбалки не представляю. А мне ее, эту подготовку – пытались сорвать.
Да! Что там у нас с наживками? Мотыль – не моя забота, я отвечаю за транспортное средство. Репейник есть. Еще нахожу в холодильнике баночку с мелким опарышем, который остался с последней осенней рыбалки. Эти ребята мне всегда нравились своим оптимизмом, незлобивостью и активной жизненной позицией. Большинство из них так никогда и не ощутят пьянящего чувства полета, не взмоют в голубое небо Родины, не взглянут на матушку –землю с огромной высоты. Жаль, конечно! Но все равно, достаточно им почувствовать совсем немножко тепла, как они оживают, начинают копошиться в поисках жратвы, и даже не найдя ее – продолжают радоваться жизни.
- Эй! Что ты там нюхаешь? Фуу….! Пошли, уже Медведев поздравляет!
Условно глотаю «Шампанского» с россиянами, маюсь час и повторяю этот ритуал уже в компании с белорусами и украинцами. Традиции соблюдены и в 0 часов 4 минуты начинаю засыпать, до подъема не полных 5 часов. Однако через минуту за окном начинается жаркая перестрелка. Похоже, что наш микрорайон окружен и противник атакует с двух направлений: из Центра и Волотовы. Волотовские побеждают, и через некоторое время наш дом оказывается на переднем крае обороны. Реактивные снаряды взлетают прямо из-под нашего балкона, а во дворе слышны крики «Ура!» контратакующего подразделения. Кошка прижимается ко мне и говорит: «Не волнуйся! Завтра, на самом Глушце не лови. А иди к Днепру, на «штаны». На середине небольшое течение – не с твоими мормышками, но под кустиками ловить сможешь. Там глубина под три метра и плотвичка стоит. Если будет возможность – намой козявки. А теперь, вставай! Пора!».
Подхватываюсь! Темень. Тишина. На мобильнике 4 часа 58 минут. Да, спасибо Симона, вовремя подняла! Впрочем, как обычно, за две минуты до будильника. Впереди первая рыбалка наступившего года. За окном – 1 января 2010 г.
Продолжение следует. Извиняюсь у автора фото за откровенное воровство.
- Слушай! Ты не видела, тут мои новые ножи от шведского бура лежали?
- Чего?!
- Ножи лежали в этой вазочке! Я их прошлой весной заказывал, из Москвы привезли!
- А чего они в этой вазочке делали?!
- Нет…ну какая разница! Я спрашиваю: видела или не видела!
- Я видела, как нормальные мужики к Новому году готовятся!
- Где?
- Что где?
- Где ты это видела? Ножи, ты не видела! А где мужики – видела!?
- Да вон они за окном! Ковры бьют!
Нет! Ну, это просто невозможно! Разве в этом бедламе, 31 декабря, можно спокойно собраться на рыбалку! Судорожно пытаюсь хоть что-то найти в этом доме, связанное с зимней рыбалкой и засунутое мной по разным углам прошедшей весной. Женское население этого дома всячески пытается мне в этом помешать и, похоже, что им это удается. Я еще ни одной мормышки не перевязал, я вообще не помню, где они у меня! Мне еще машину от снега и льда надо очистить, иначе в темноте придется. А ей ковры подавай! Что-то знакомое крутиться в голове! А! Ролан на форуме выкладывал фото, как он решает эту проблему прямо на рыбалке. Все бросаю и долго роюсь на БРИКе. Ну и наваяли за год! Писатели! Попутно отвечаю на какие-то вопросы, где их от меня потребовали. Ага! Вот! Нахожу прекрасное фото, ворую его и вешаю этот натюрморт в японском стиле, вместо заставки на экран компьютера.
http://www.brik.org/attachment.php?a...&d=12627744 83
Постоянно трезвонит телефон! А то и все три сразу: «Але! Спасибо! И вас тоже! И вам также! Нет, мотыля я не успею! Нет, дома. Мой, на рыбалку собирается .Представляешь! Нет, на Каменеву Рудню не прорвемся! На Глушец , говорят, прочистили! Как обычно: оливье, селедка под шубой, отбивные, рыба в кляре… Плотва брала, окунь… Нет дети не придут, да и как тут можно, когда этот со своими ящиками гремит… Репейник у меня есть, мормышки вот, не могу найти…тут разве можно что-то найти! Что!? Пьяный уже пришел? С корпоратива? Зато дома будет, к Новому Году очухается, а этот… Да, что тут делать!? Селедку эту под шубой жрать, да в телевизор пялиться!? Ну, пока! Созвонимся!»
- Значит так! Вот список. Сходи в магазин, купи все это. И еще «Шампанского» полусладкого! Даша «Брют» не пьет. Затем отбивнушки отбей! Поставь елку! Надо еще гирлянды проверить и повесить! И полы помыть. Ванну и туалет! Стол в зал перенести! Перекрутить этого мяса! Стол шатается!
- А евроремонт?
- Чего!?
- Ремонт я спрашиваю тебе до Нового года не сделать? Евроокна от Версачи? Американские двери от Трусарди? Натяжные потолки вечерним самолетом из Парижа?
- Остришь? Мне что это одной надо? Завтра дети, внучка придут в этот бомжатник, а у тебя одно только на уме…
Хватаю список и бегу из этого «бомжатника» в магазин. Автомобиль из-под сугроба грустно смотрит мне вслед.
Темнеет. Последний день уходящего года плавно перетекает в последний вечер. У банкомата и в магазинах не протолкнуться. Народ в очередях возбужден и все куда-то торопятся. Таак: майонез – ведро, колбасы – батон, яиц – три десятка, сыра – полкило…
Телефон:
- Будешь покупать селедку – попроси самых толстеньких, а то вам, мужикам впарят тощих мальков, вы и рады стараться;
- А где тут селедка?;
- Как где? В рыбном отделе!;
- А в списке? Где селедка в списке?;
- Так запиши! Сам догадаться не можешь? Вам мужикам если не записать…
Отбой!
- Девушка! Мне, пожалуйста, самых толстых селедок! Самых, самых! А то если нам мужикам…
- Конечно! Вас только вино-водочный отдел интересует! Там то, уже, небось, закупились!?
- Закупились. А вот теперь еще селедочка нужна, для шубы…
- Для чего же еще !? Вот хорошенькая, жирная и вот… Хватит?
- Да! Спасибо большое! И селедка хорошенькая и вы тоже, с Новым Годом вас и всего самого…
Вываливаю свои свертки и пакеты на «шатающийся» стол и наблюдаю столпотворение из жены, дочки и кошки у компьютера.
- Интересно! А кому это ты ковры уже стал выбивать прямо на рыбалке? У нас таких ковров сроду…
- А где я там нарисован?
- Зато бур, точно как у тебя!
- Может сравним?
- Ага! Ты еще железяки сюда свои принеси!
- Это жертвенный бур!
- Какой?
- Жертвенный! А место это священное для всех рыболовов! Культовое! Тут молятся удаче. Вот сейчас придут Михалыч, Кузьмич и старший лейтенант Семенов, встанут на колени и начнут в молитвенном экстазе созерцать священный бур.
- Какой Семенов? А… Тьфу… Давай полы мой! И отбивнушки…
Быстро и виртуозно, правда, не без помощи кошки, выполняю все задания. При постановке елки кошечка наша вспоминает детство и пытается на нее запрыгнуть, в результате чего все рушиться на пол.
Выслушивая про других мужиков, у которых елки не падают, и постоянно поддакивая, восстанавливаю повреждения, и остервенело луплю по несчастным отбивным. Кухня парит, шкворчит и вся исходит аппетитными запахами. Интересно, когда это наконец закончится? Я где-то читал, что жена Резерфорда называла его мастерскую «детской». У меня такой «детской» нет, и не предвидится. Поэтому со своими «игрушками» - термин моей жены, я вожусь на кухне. А сейчас негде приткнуться. Да я и не рискую. А вот была бы у меня своя мастерская…, не паял бы мормышки на колене, никто бы не натыкался на крючки и медные заготовочки, не терялись бы никогда паяльник, кусачки и пинцеты. И продавались бы тогда мои мормышки с аукциона Сотбис на бархатных подушечках. А теперь я даже и не помню, куда они подевались с прошлой весны. Все три коробки.
Ну, кажется и все! Елка сверкает огнями, туалет – унитазом, курица посажена на бутылку и отправлена в духовку. Стол накрыт, «Шампанское» доходит до кондиции на балконе, из телевизора радуются празднику бабки, Бабкины, Галкины и Бедросовичи, причем, все вместе, и по всем каналам. Жена с дочкой отправляются приводить в себя в порядок: душ, легкий макияж, наряды. Кошка тоже тщательно вылизывает себе проблемные места. А вот не дождетесь! Даже не побреюсь! Так и буду встречать Новый год в драном тельнике. Мчусь к своему автомобильчику. Тот радостно заводится и греет себя изнутри, а я выкапываю его из сугроба и очищаю от снега и льда. Выгребаю из багажника все то, что на зимней рыбалке неуместно: два садка (один – неизвестно чей), спиннинг, средство от комаров и пакет с прикормками. Тащу это в подвал и начинаю выкапывать снасти для ловли со льда. Так! Бур имеется. Даже с ножами. Пусть и старыми, но и так сойдет. Где я сейчас те ножи искать буду. Вот пакет со всеми моими двенадцатью боевыми удочками, тащу его на себя и сверху мне в глаз тычится фидерный кончик на одну унцию. Из пакета кучей вываливаются все удочки, которые донельзя перепутались в процессе полугодового лежания в подвале. Со стеллажа из колес с летней резиной угрожающе кренится мешок с лодкой, а сбоку падают весла… В довершение всему, из « удочного» пакета вываливается коробочка с мормышками и ее содержимое высыпается в сетку с луком. Мужественно пережидаю катаклизм, пихаю удочки обратно в пакет и захлопываю за собой дверь. Там продолжаются какие-то разрушительные падения. Пропади они пропадом эти мормышки! Что привязано, на то и буду ловить! Если после этого фидерного кончика увижу, что ни будь.
Бур ложу в багажник, а удочки тащу в квартиру распутывать. Но сначала одежда! Так! Обувь имеется. Носки. Обязательно разные. Иначе неудача! А одинаковые и не попадаются. Комбез, тоже сохранился.
- Слушай! А где моя куртка черная, что я на рыбалку всегда одевал?
- Так она же на даче! Ты сказал, что еще приедем и все заберем!
- А свитер мой?
- Так тоже на даче!
Черт! Суетливо шарю по антресолям, оттуда вываливаются туристические коврики, палатка, коробка с безинерционной катушкой, которую я все лето искал. О! Охотничья куртка – камуфляж. Я ее не очень люблю, так как в ней и с буром на перевес, своим появлением я вызываю нездоровый ажиотаж у незнакомых рыболовов. Им, наверное, кажется, что вот прямо сейчас, как только начало клевать, их захватили в заложники. А кому это понравится?
Свитер тоже какой-то нашелся, при этом, правда, пришлось вывалить содержимое всего шкафа на пол, что никого кроме кошки не обрадовало. Интересно, а где мои рукавицы?
А, наверное, тоже на даче. Хорошее место эта дача! Если что потерял, можно сразу себя успокоить, что «на даче» и дальше не искать.
До российского Нового года час! До нашего – два. Сижу тихонько на кухне и распутываю свои удочки. Никого не трогаю! Жена тычит вилкой в курицу, сидящую в духовке, и рассуждает об идеальных мужьях, идеальных семейных порядках и идиотах, которые способны все разрушить даже на Новый год.
- Ты чего улыбаешься?!
- Запоминаю!
- Что?
- Да все, что ты мне сейчас говоришь!
- А ты что, меня слышишь?
- Конечно, вот: «А некоторые идиоты, даже на Новый год…»;
- А зачем запоминаешь?
- Так для отчета! Отчет ведь о чем-то писать надо!
Жена, курица и кошка – хвост трубой, гордо удаляются из кухни, а я продолжаю любовно раскладывать свои «игрушки». Нет смысла объяснять, что рыбалка начинается задолго до того, как пробурена первая лунка. У большинства она начинается тут, на кухне с трепетной настройки упругой системы «кивок-мормышка», проверки их взаимодействия в трехлитровой банке с водой, замене лесок или вообще, с бестолкового перекладывания содержимого рыболовного ящика. И без этой вечерней подготовки, с томлением о предстоящем завтра ожидании чуда я себе рыбалки не представляю. А мне ее, эту подготовку – пытались сорвать.
Да! Что там у нас с наживками? Мотыль – не моя забота, я отвечаю за транспортное средство. Репейник есть. Еще нахожу в холодильнике баночку с мелким опарышем, который остался с последней осенней рыбалки. Эти ребята мне всегда нравились своим оптимизмом, незлобивостью и активной жизненной позицией. Большинство из них так никогда и не ощутят пьянящего чувства полета, не взмоют в голубое небо Родины, не взглянут на матушку –землю с огромной высоты. Жаль, конечно! Но все равно, достаточно им почувствовать совсем немножко тепла, как они оживают, начинают копошиться в поисках жратвы, и даже не найдя ее – продолжают радоваться жизни.
- Эй! Что ты там нюхаешь? Фуу….! Пошли, уже Медведев поздравляет!
Условно глотаю «Шампанского» с россиянами, маюсь час и повторяю этот ритуал уже в компании с белорусами и украинцами. Традиции соблюдены и в 0 часов 4 минуты начинаю засыпать, до подъема не полных 5 часов. Однако через минуту за окном начинается жаркая перестрелка. Похоже, что наш микрорайон окружен и противник атакует с двух направлений: из Центра и Волотовы. Волотовские побеждают, и через некоторое время наш дом оказывается на переднем крае обороны. Реактивные снаряды взлетают прямо из-под нашего балкона, а во дворе слышны крики «Ура!» контратакующего подразделения. Кошка прижимается ко мне и говорит: «Не волнуйся! Завтра, на самом Глушце не лови. А иди к Днепру, на «штаны». На середине небольшое течение – не с твоими мормышками, но под кустиками ловить сможешь. Там глубина под три метра и плотвичка стоит. Если будет возможность – намой козявки. А теперь, вставай! Пора!».
Подхватываюсь! Темень. Тишина. На мобильнике 4 часа 58 минут. Да, спасибо Симона, вовремя подняла! Впрочем, как обычно, за две минуты до будильника. Впереди первая рыбалка наступившего года. За окном – 1 января 2010 г.
Продолжение следует. Извиняюсь у автора фото за откровенное воровство.
1 Фото
Комментарий