Очень извиняюсь: поддался на магию Vic-Sergeeva и решил все же создать отдельную тему для своих рассказов. Они не претендуют на уникальность, многие из них уже были размещены тут в разных ветках, теперь некоторые я собрал здесь, и планирую постепенно выкладывать то, что было написано ранее. Не все, конечно. Я рыболов по жизни и военный по основной профессии. Многое из того, что было написано ранее от души, сейчас, на мой взгляд и к сожалению, будет смотреться совершенно неуместно.
-
Последний раз редактировалось UGO; 17.05.2026, 18:33.Вы думаете, все так просто? Да, просто, но не так. А.Эйнштейн -
Закончу, пожалуй, военно-морскую тему последним рассказом о том, чем можно на корабле заниматься, кроме службы и рыбалки.
О глупостях
Суровы военно-морские будни в дальнем походе. День и ночь несут вахту военные моряки, ибо к этому их готовила Родина. Плотно сжаты их губы, суров взгляд. Одна тихая радость у моряка в походе – фотография любимой женщины или семьи… Взглянул на фото, пустил украдкой скупую слезу, выпил «старпомовские» 100 грамм шила – и снова на вахту, нести ее, значит, дальше… Так примерно выглядит военный моряк в глазах сухопутных романтиков…
Любой мужчина, в любом возрасте – игрок. Это женщины с детства играют только в одну очень серьезную игру – куклы, которая позднее переходит в семью, которая те же куклы, только с еще большей серьезностью в глазах и надрывом в голосе. Зато абсолютно все остальные, хоть чего-то стоящие игры мира придуманы мужчинами.
Экипаж военного корабля состоит из одних мужчин, и они не могут все время играть только в войнушку. Иначе ждущие их на берегу семьи получали бы неврастеников, шизофреников и прочих клиентов психиатрии. Однако мужчины возвращаются из походов домой уставшие, но счастливые, с блеском в глазах. Откуда он, этот блеск?
Самые умные в походе читают книги. Книг на корабле достаточно: есть и какая-никакая библиотека, есть и друзья-товарищи, у каждого из которых припасено пару – тройку томиков… Книги – это хорошо, это пища для ума.
Преферанс – это тоже пища для ума, это дымящиеся от напряжения мозги, но это еще и выплеск эмоций, это радость от удачной комбинации и бесконечные споры о том, что бы было, если бы в третьем заходе вместо мелкой бубы в ход пошла трефа не ниже валета. А «паровоз» на мизере? А девять (я молчу про десять!) без козыря?
И книги, и шахматы, и преферанс – это хорошо и доступно на корабле каждому, но не совсем то, вернее, далеко не все, что нужно здоровому мужскому организму, зажатому в ограниченном пространстве железных стен.
Спорт? Ну, какой может быть спорт на ограниченном пространстве, предназначенном для совершенно иных целей? Разве что железо потаскать, так это на любителя…
Можно бегать. Трудно, требуется определенная сноровка и некоторая смелость, чтобы лавируя между разными (в основном, железными с острыми краями) торчащими предметами, пригибаясь и увиливая, взбираясь по трапам и спрыгивая с них, хватаясь руками за троса, умело выходя из заносов на поворотах, все же завершить полный круг по маршруту: ют – левый шкафут – бак – правый шкафут протяженностью (страшно сказать!) аж 100 с небольшим метров! Надо еще договориться с другими любителями легкой атлетики и разработать правила движения, чтобы все бежали в одну сторону, иначе катастрофы не избежать… Опять же случайно возникшему на пути старпому не крикнешь: «Вон, на, с дороги, тля, вжался быстро в переборку, на!!!» Вжиматься придется самому… Настоящих ценителей такого железного кросса не много. Чаще всего это те, кому вдруг стала критически мала военная форма…
Единственная командная спортивная игра, культивируемая на корабле – волейбол. С некоторыми издержками в отличие от сухопутного варианта. Во-первых, поле: его нет. Как эрзац-заменитель используется самая свободная от разных деталей оснастки и экипировки корабля часть корабельной палубы, а именно ют, то есть кормовая палуба. Свобода его весьма относительна, поэтому каждый элемент оговаривается заранее: «Вот этот кнехт – еще поле, а эта балка – уже нет». Поскольку таковых элементов много, возможна милая путаница при определении спорного очка. Слева и справа поле ограничивается естественным ограждением корабля – леерами, которые полем уже не считаются. А за леерами – море, а из моря мячики доставать неудобно. Поэтому, во-вторых: волейбольный мяч прикреплен леской к сетке. Длина лески такова, чтобы мяч на ней мог свободно достать до дальнего края площадки. Толщина лески позволяет ей не рваться при каждом ударе. Но все равно мячи периодически улетают за борт. Приходится проводить операцию по их спасению силами самого виновника отрывания. Операция, надо сказать, не самая простая, если трап убран. Но мы ведь не транжиры корабельной собственности, как моряки штатовской туши – ДКУ (или УДК) «Кирсэйдж» - вон они всем скопом вывалили на палубу и во все глаза пялятся на нас, недоумевая, как на таком малом пространстве можно играть в волейбол, и почему мячик никуда не девается? Он что, магнитный? Или управляемый БПЛА? Им-то леска не видна, а сами до этого додуматься они не умеют. У них пространство позволяет не только в волейбол играть, но и в футбол тоже. Мячики, конечно, иногда вываливаются. Два из них мы уже подобрали как гуманитарную помощь. Спасибо.
Суров военно-морской волейбол. Леска цепляется за руки и ноги как атакующих, так и защищающихся, детали корабля и туловищ болельщиков. Рубящие удары со свистом рассекают воздух вместо внезапно остановившегося мяча… Матерок стоит на площадке не детский, детским счастьем светятся лица болельщиков – вот она, отдушина от тяжелой службы, полное обнуление. Лучше шила. Травмы, к сожалению, случаются. Доктор все время начеку, да он и сам заядлый волейболист! Вот невысокий, но плотный лейтенант Никитин умудряется в азарте борьбы, спасая трудный мяч, пробить левое полужопие дюймовой толщины болтом!!! Залатали лейтенанта, но правила упростили: теперь все, что не палуба, то не поле. Две половины площадки стали неравнозначными, но разве такие мелочи могут стать преградой для военного моряка?
Да, действительно суров военно-морской волейбол. Но не суровее, чем военно-морской бильярд.
Вы спросите – как?!!! Я вам отвечу: это действительно очень сложная игра. Гораздо сложнее, чем обычный сухопутный. Только великим мастерам она покоряется, причем трезвым – никогда! Никогда ни один трезвый бильярдист не будет пытаться попасть катящимся шаром по катящемуся шару, стоя на качающемся полу (палубе), так, чтобы хотя бы один из шаров закатился в лузу. А у нетрезвого это иногда получается, что является отличным поводом выпить еще! Бильярд стоял в апартаментах доктора – в изоляторе. Очень символично.
Что хочется молодому мужескому организму после спорта? Помыться? Это само собой. А еще ему хочется жрать! Невзирая на четырехразовое питание с двумя полноценными обедами и плюс еще ночной чай для вахты и всех желающих, кто не спит в три часа ночи. Любой военный хорош тем, что умеет все – и убирать, и стирать, и готовить в том числе. А кто не умеет, тот не настоящий военный. Конечно, наиболее популярны самостоятельно выловленные свежайшие морепродукты – рыба и кальмары. Но не на всех их хватает, да и не только в них счастье. Продуктов на корабле всегда с запасом, но кроме сухих и консервов продукты простые – овощи, мясо, жиры. Заведует ими немолодой мичман-баталер. Для тех, кто с ним дружен, а дружить с ним хотят все, получить десяток картофелин, пару луковиц, шмат мяса и кусок сливочного масла не проблема.
Чисто для поднятия вашего аппетита перед обедом тройка лидеров в меню корабельных кулинаров-извращенцев.
На третьем месте скумбрия, маринованная по-флотски: рыбу почистить, порезать кусками три – четыре см толщиной, сложить слоями в литровую банку, каждый слой посолить, поперчить, спрыснуть уксусом, а лучше – лимоном, от души проложить кольцами лука, все залить подсолнечным (нерафинированным) маслом. Поставить в холодильник на двое суток, если хватит мужества вытерпеть эту бесконечность. Ах, как она идет с картошечкой!!! Да под рюмашечку!!! Главное – соли не переборщить.
Серебряная медаль и диплом 2-й степени достается овощному ассорти, жареному с любовью. Потребуется: большая или очень большая и глубокая сковородка и овощи: баклажаны (или кабачки, но лучше баклажаны), морковка, лук, чеснок, сладкий перец. Соль, перец – по вкусу, масло – много и лучше сливочное, чем растительное. Баклажаны, морковка и сладкий перец режутся кубиками, лук – как попало, все, кроме перца, высыпается на сковороду и жарится, помешивая, в большом количестве масла на малом огне, пока вся жидкость не выпарится и еще немног. Сковородку крышкой не закрывать! По готовности добавить мелко нарезанный чеснок и сладкий перец (хорошо, если будет разноцветный – зеленый, желтый, красный), жарить еще не более пяти минут, а потом жрать, жрать, жрать… Потрясающий гарнир к рыбе! Даже про выпивку можно позабыть. Жаль, свежие овощи на корабле живут недолго.
И победитель хит-парада: кальмар, тушеный по-простому. Для этого блюда требуется свежевыловленный кальмар, порезанный квадратиками, одинаковое с кальмаром по весу количество лука (естественно, репчатого), порезанного как угодно, но лучше мелко, и сливочное масло. Все. Можно, конечно, еще посолить, но никаких других специй класть не следует. Все это сваливается в глубокую сковороду и тушится под крышкой примерно 2 часа. Лук растворяется полностью. У нас был товарищ, который лук не мог есть ни в каком виде. При этом рост имел высокий, конституцию тощую и, как принято в таких случаях, жрать любил больше всего на свете, прямо как не в себя. Первые 10 минут в кают-компании он всегда посвящал выковыриванию лука или на него похожих элементов из тарелки с супом. Просто лукофобия какая-то была у человека. Но как не увещевали его, что лука в нашем кальмаре ровно половина, он не поверил и с детским восторгом, приговаривая: «Ну, смотрите, ведь нету же!», сожрал нехилую порцию. Очень просил еще. Действительно очень просто и вкусно. Главный секрет один: масло должно быть только сливочным, без всяких добавок, и масла должно быть много. Сколько много? Трудно сказать, ведь на корабле оно не в пачках по 250 граммов было… Короче, кальмара маслом не испортишь, гласит народная корабельная мудрость.
Ровно в середине похода организуется массовый праздник Нептуна. Понятно, что на серьезных судах этот праздник проводится при пересечении экватора, но у нас экватора не было, а вот новичков – тех, кто впервые в морском походе, в достатке, включая всю нашу группу, большинство матросов-срочников и пару молодых офицеров. Боцман становится Нептуном, а его команда – пиратами, морскими чертями и прочей нечистью. И проводится ритуал посвящения: сначала «чистилище», а скорее «грязнилище» в виде пятиметровой трубы из рогожи засыпанной внутри серебрянкой. Через нее нужно пролезть, а на выходе выпить кружку соленой морской воды (это для матросов, а для нас разбавленный спирт), после чего тебе на грудь ставят большую печать Нептуна и все – ты посвящен. Музыка – собственный ВИА, игры, суровые шутки, стол, весело…
Так, спортом позанимались, поели, праздник Нептуна отметили, окей, пошли, постреляем. Ведь на корабле полно стрелкового оружия и патронов к нему, естественно…
УДК, ДКУ – ударный десантный корабль (очень большой чемодан, почти авианосец)
БПЛА – беспилотный летательный аппарат6 ФотоПоследний раз редактировалось UGO; Вчера, 16:31.Вы думаете, все так просто? Да, просто, но не так. А.Эйнштейн -
О глупостях (окончание)
Так, спортом позанимались, поели, праздник Нептуна отметили, окей, пошли постреляем. Ведь на корабле полно стрелкового оружия и патронов к нему, естественно. Я не говорю о пушках и пулеметах, ведь кроме них есть обыкновенные ручные гранаты, пистолеты, автоматы и даже снайперские винтовки с боекомплектом к ним. А еще есть план боевой подготовки, предусматривающий учебные стрельбы и метание гранат… А еще помимо плана в море встречаются различные плавающие объекты, оцениваемые как не слишком нужные в хозяйстве и потому весьма удобные для стрельбы по ним. Если в этом случае корабельное начальство сыто подобными развлечениями, то на верхнюю палубу приглашаются свободные от вахты офицеры. К примеру, стандартной 200-литровой бочки хватает на 3-х – 4-х человек, если не телиться и ждать, пока она сама затонет. Мне дважды довелось испытать не пристрелянную СВД и калаш. Калаш победил с сухим счетом.
Каждый офицер должен знать, что есть «упражнение № 1 стрельбы стоя из пистолета Макарова». Это три выстрела по грудной мишени с расстояния 25 метров, ясно, что стоя. Накануне объявленного испытания боцманская команда мастерила буксируемую мишень. Шедевр инженерной мысли (как и все, выходившее из мастерской боцмана) включал большой кусок пенопласта с установленным на нем листом фанеры, к которому крепилась стандартная грудная мишень. Предполагалось выпускать мишень с кормы на тросе в надежде на штилевую погоду. Однако ветерок в назначенный день «Х» дул спорый, и на следующий день тоже, и на следующий… Стрелять по прыгающей на волнах мишени было бессмысленно. Снайперов в наших службах не готовили.
…По громкой связи объявили начало упражнения, выходить приглашали на бак. Минут через сорок я освободился и выполз полюбопытствовать… Кто-то из офицеров, стоя у леера, шмалял за борт из ПМ-А.
- А чо, старпом за бортом? – съязвил я в наглую, видя, что сам он руководит «стрельбами» и в твердом понимании, что мне за это все равно ничего не будет, поскольку он хоть и второй человек на корабле, но парень не обидчивый, а по званиям мы равны.
- Бери, шутник, обойму, а пистоль сейчас освободится, - не поддался на шутку юмора старпом.
Вообще действо было занимательным: старпом выдавал испытуемому ПМ с полной обоймой, боцман швырял за борт три пустых бутылки из-под сухача, испытуемый палил по ним из ПМ-а, старпом считал «недостачу» и что-то записывал в журнал. Хоть меня и не было в том журнале, я получил обойму и наставление:
- Три бутылки, пять выстрелов. Все три поражены – отлично, две – хорошо, одна – удовлетворительно.
- А еще три патрона?
- Утешительные на три с минусом.
Восхищаюсь военно-морским юмором и смекалкой.
Я, в общем-то, нормально стрелял на твердой земле, 24 – 27 всегда выбивал, но тут все качалось и все вразнобой. И хоть расстояние до «целей» не превышало 10 метров, попасть реально было сложно. Я дождался, когда одна из бутылок поднимется на гребень волны и без резких дергов нажал на куда надо. Спуск у ПМ-а был мягким (не то, что у моего штатного), бил он по центру (не то, что мой штатный – на семь тридцать), короче, попал! Бздынь, и бутылки нет. Цель поражена! Второй выстрел по той же схеме – еще один «бздынь»! Да я просто орел! Уленшпигель Тиль! Не, лучше этот – Вильгельм Телль! Корабельные восхищаются, я даже зарделся и на волне всеобщего уважения следующие два выстрела бабахнул мимо. На пятом собрался и третью мишень все-таки поразил.
- Оценка отлично! – объявил старпом. – Сдать оружие!
- Так еще ж три патрончика осталось…
- Патронов не жалко, а вот буты…, пардон, мишеней на всех может не хватить. После второй смены приходи, останутся – постреляешь.
Не склалось у меня со второй сменой, а вот напарник мой, Серега, отвел душу. Выкинули за борт штук сорок «мишеней» и палили из трех стволов, пока все «мишени» не потопили. Замечательное упражнение № 1 в морском варианте. Это нам и корабельному начальству было развлечение, а народ-то, оказывается, действительно оценки получал, почти по-честному.
Где-то ближе к концу четырехмесячного похода на одном из последних переходов командир дал добро на обучение матросов и старшин метанию гранат. Гранаты ни разу не учебные: боевые, наступательные – чистый безосколочный фугас, хотя как минимум два осколка из них все равно получается. Бойцам читается теория. Всем все понятно, да и что там не понять: корабль на ходу, надо зажать гранату со скобой в руке, разогнуть усик, выдернуть чеку, сделать пару шагов и бросить как можно дальше. Пример: граната летит, падает в воду, тонет, еще через пару секунд происходит подводный взрыв, на поверхности за кормой выплевывается небольшой пузырь. И все! Легко!
Рослый и мужественный на лицо старшина первой статьи все делает по науке, разгоняется и швыряет гранату и… Ничего никуда не летит. Он (и не только он) с удивлением смотрит на свою руку: в руке по-прежнему зажата граната с выдернутой чекой, рука разжиматься отказывается. В глазах бравого старшины поселяется ужас… «Всем с юта долой! Тихо, тихо, тихо… Разжимаем по пальчику, ты перехватываешь скобу…» - операцией руководит старпом, помогает мичман – начальник арткоманды. Рука старшины ему уже не принадлежит. Граната успешно освобождается и летит за борт. С характерным «пукающим» звуком лопается пузырь…
Занятия продолжаются. Старшина посрамлен, но сдаваться не хочет. Он выпрашивает у старпома еще одну попытку. На этот раз все проходит успешно – рука разжимается и граната улетает… Но не далеко – пролетая в сантиметрах от кормового леера, она бухается в море в метре от кормы. Звучит сочное многослойно-матерное на тему «что же ты такой неловкий?!» Но корабль, слава богу, на ходу, граната до детонации успела уйти глубоко – пузырь от взрыва почти никакой и метрах в 20 от кормы – нормально, чтобы ничего не повредилось.
Дальше гранаты кидают только те, кто сам этого хочет, и в ком уверены их начальники, то есть единицы матросов, несколько офицеров и мичманов (остальным это пофиг) и мы. Гранат еще полтора ящика. После третьего раза бросать уже не интересно. Больше инцидентов не происходит, пока в надцатый раз гранату не бросает мой друг, коллега и подчиненный – капитан Серега. Серега невысок, но коренаст, со спортом дружит, оружия не боится. Но бросать гранату просто так ему уже не хочется, ему интересно узнать, что же будет, если швырнуть ее как можно выше и, желательно, чтобы она взорвалась еще в воздухе.
…Граната летит высоко-высоко по «баллистической» траектории – Серега умеет бросать, у старпома почему-то открылся и не закрывается рот, но вот она все же касается воды, и тут же следует взрыв – достаточно далеко от корабля, чтобы быть опасным…
- Пи… Пиз... Пиздец, занятия окончены, - обмякнув, выдыхает старпом. – Еще пару бросков, и кто-нибудь кого-нибудь убьет. Лучше я сделаю это сам и сейчас.
Ну, еще как-то раз пытались закидать гранатами огромную морскую черепаху. Идиоты были, но, благо, черепахе было пофигу – она была в броне.
Вот так сурово развлекаются взрослые военно-морские дети.
Как в теплом и синем-синем море не искупаться? Примерно с мая прогревом воды открывается купальный сезон. С борта спускается трап-лестница, и все желающие свободные от вахты могут поплавать. Но с одним нюансом: подняться на борт разрешено по лестнице, а в воду попасть только с борта, а это прыжок с 6 метров. Сначала страшновато, потом норма. В местах якорных стоянок корабль болтает, но он все равно рядом и никуда не денется, а вот под Сардинией для якоря было глубоковато – корабль лежит в свободном дрейфе, и вроде бы на море штиль, но прыгнув воду, и оглянувшись, понимаешь, что он от тебя неумолимо удаляется. И сразу вспоминаешь, что под тобой два километра, и судорожно пытаешься его догнать. Страшно.
Один мичман клеил из спичек кораблики – не фигню какую-нибудь, а точную 40-сантиметровую копию испанского галеона колумбовских времен. Получалось здорово. Каждый снимает напряжение по-своему.
Хорошо, когда на берегу тебя ждет семья, хоть даже и из одного человека. А если всю лейтенантскую семью составляет сам лейтенант и его кот Котя? Можно, конечно, отдать зверя друзьям, но лучше взять его с собой – пусть сам узнает, почем фунт корабельного лиха!
Нет, все-таки одна женщина на корабле была – кошка Машка. А всего котов на корабле было три: Машка, ейный хахаль – совершенно бесполезный и трусливый боров Василий, ну, и Котя. Машка была простой серой кошкой, этакой подзаборной портовой шлюхой, почти плоской, если смотреть сверху, но дело свое знала отменно – давила крыс за будь здоров, одну – двух за ночь. Вася был таким же серым, только толстым и бесполезным – крыс не давил, в руки не давался, где вообще обитал и чем занимался в свободное от отдыха время, непонятно, потому что встречались мы с ним только на юте, куда он с Машкой выползал трижды в сутки в надежде на подарок от рыбаков. Делали они это вечером в начале рыбалки, в середине ночи и утром – под самый конец. Машка ходила и выпрашивала рыбку, терлась о ноги и настойчиво мяучила. Вася сидел в боязливом далеке и жадными глазами смотрел на подругу. Когда ей бросали рыбку, выскакивал из засады и выхватывал ее практически у нее изо рта. Ну, еще он, подлец, настойчиво домогался нашей работящей подруги, а она его уверенно отшивала.
Котя был домашним котом, потому обитал исключительно в каюте своего хозяина. Красив был, зараза, не откажешь: усы – во! щеки – во! С очень плотной шерстью как у британца, крупный, с белыми носочками, манишкой и полосой на лбу, нос – розовый. Ввиду молодости особой смелостью не отличался, потому максимум, что он начал себе позволять через месяц похода, это выход из каюты «на прогулку» в открытый тамбур между двумя каютами. Он там сидел и смотрел на проходящий мимо него мир, в боевой готовности шмыгнуть назад в каюту, если этот мир попытается приблизиться. И надо было такому случиться, что именно в такой момент проходила по своим владениям мимо этого тамбура наша Мария (я это видел!) Она остановилась, взглянула на Котю и застыла, Котя взглянул на нее и погиб… И случилась настоящая большая любовь, от которой Котя стал совершенно бесстрашным, ушел в загул по кораблю и отшил от Машки Василия, а через два месяца в каюте замполита родились котята – разнообразные варианты Коти и Маши. У самого Коти с этого времени проснулся совершенно несвойственный котам отеческий инстинкт, он практически не отходил от котят, ревностно охраняя их, пока Машка ходила на «заработки». Вот такая лав-стори. Все как у людей.
Ну, про рыбалку я уже рассказывал, даже лишку…
Конечно, если побродить по каютам, то можно еще всяких глупостей насмотреться, но лучше этого не делать: какими бы суровыми не выглядели военно-морские мужчины, в душе они дети. Может, и с толстой кожей, но с чистой розовой душой под ней. Не хочу трогать ее своими грязными руками…
Все кончается. И тяжелые походные будни заканчиваются у бригадного пирса, где играет оркестр, жены, дети, матери ждут с нетерпением своих мужей, отцов и сыновей…
- Милый, тяжело было в походе?
- Конечно, милая, не без этого. Но ведь я же мужчина, это моя работа. И у меня была твоя фотография: посмотрю, и сразу легче становится от сознания, что ты ждешь меня. Посмотри, что я привез тебе из далеких странствий…
- А еще в поход хочешь?
- Ну, прямо сейчас нет. Через недельку, пожалуй, начну…
2003 г. (UGO)5 ФотоПоследний раз редактировалось UGO; Вчера, 19:48.Вы думаете, все так просто? Да, просто, но не так. А.ЭйнштейнКомментарий
Комментарий